Александр Прошкин: «Кинозритель перестал реагировать на человеческое»

Александр Прошкин - о современном обществе, «Матильде» и будущем российского кино.

На днях в Кирове побывал легендарный советский и российский кинорежиссёр и сценарист Александр Прошкин. Создатель таких картин, как «Русский бунт», «Доктор Живаго», «Холодное лето пятьдесят третьего», встретился с поклонниками и журналистами и рассказал о своём новом фильме, о современном кинематографе, о будущем российского кино и о том, чего хочет зритель.

Сам режиссёр признался, что в Кирове он хотел побывать давно:

Дело в том, что совсем недалеко отсюда, в Ветлуге Нижегородской области я снимал картину «Живи и помни». Там, в Ветлуге, очень красивые места, волнующая русская природа. И когда мы там искали места для съёмок, какие-то старообрядческие деревни, мне всё время говорили краеведы, что, дескать, тут, конечно, кое-что есть, но вот в Кировской области - настоящая красота. Но так я тогда до настоящей красоты не добрался, я снял красоту нижегородскую.

Александр Анатольевич, большая часть Ваших работ - кино историческое. Почему выбирали именно этот жанр?

Я считаю, что до тех пор, пока мы не разберёмся в своём прошлом, вряд ли мы сознательно построим своё будущее. В прошлом - наши корни, и пока мы их не распутаем, пока не поймём, что с нами происходило на протяжении драматического и даже трагического XX века, мы не будем представлять, куда мы идём. Поэтому я снимал и о XVIII веке, и все важнейшие этапы XX века. Правда, я никогда не снимал прямую картину о Великой Отечественной войне, поскольку я считаю, что мои старшие товарищи, которые прошли войну, сняли её замечательно. И я не люблю смотреть картины, которые сейчас снимаются про войну, потому что это маскарад. Нет в них того человеческого опыта, который был у поколения, сказавшего о войне правду. Но я «задеваю» войну. «Живи и помни» - действие происходит в сибирской деревне в конце войны, «Искупление» - первый новый год после войны. Хочу сказать, что на самом деле исторических картин, в общем, не бывает, потому что они снимаются сегодня, с сегодняшними идеями, с потребностями, взглядами, которые диктует сегодняшний день.

Например, у меня был многосерийный фильм для телевидения про Николая Вавилова. Это история величайшего ученого, который был вице-президентом Академии наук, директором одного из крупнейших НИИ, который мог накормить весь мир. А кончилось тем, что он умер в тюрьме от голода. Вот эта трагическая судьба очень во многом фокусирует то драматическое испытание, которое прошла Росcия в XX веке, и которое не должно никакими отзвуками повториться.

Если XX век был драматическим временем, то как Вы оцениваете день сегодняшний?

Время сейчас злое. В воздухе висит агрессия. Пару лет тому назад в Россию приезжал из Америки Евгений Евтушенков, с которым у меня очень давнее знакомство. Он за месяц посетил 15 или 20 городов. Тяжело больной человек, уже без ноги проделал такой путь. И я его спрашивал - почему мотаетесь, зачем вам это нужно? Он ответил, что вокруг столько ярости накопилось, и кому-то нужно эти нравы приводить к какому-то общему знаменателю. Смягчать их. И мне это очень понравилось. Вообще, мне кажется, что нравы в провинции намного человечнее, чем в столицах, где сплошная поножовщина, все с ума посходили на деньгах. Новая религия денег появилась - которая, в общем-то, испортила нацию во многом.

Кто может смягчать эти современные нравы? Может ли это сделать кинорежиссёр?

Не знаю, справится ли. Но вносить определённую интонацию может. Можно подливать масла в огонь, накручивать, создавать атмосферу нетерпимости, злости, внутренних врагов, внешних врагов, - и в такой атмосфере людям не захочется жить, не захочется работать. И в результате непонятно, что мы строим, какую страну, какое будущее? Нагнетание агрессии очень деформирует нацию. И мне кажется, что задача культуры - с этим бороться. Каждое второе кино - стрельба, кровянка, злоба, ярость. Да, это есть в жизни, но это не ее содержание, понимаете? Подвиг сегодня - это не перевыполнять планы или поймать каких-то преступников, а обычная человеческая жизнь, самая обычная.

В последнее время очень много говорят о фильме Алексея Учителя "Матильда". Видели ли вы его?

Фильм я не смотрел, Лёша приглашал меня, но у меня было занятие в этот день со студентами, которое я не мог пропустить. Я не знаю, может быть, это выдающийся и великий фильм, но я думаю, что шумиха, которая возникла вокруг этого фильма, в большей степени говорит не о самой картине, а о больном обществе. Это развлекательная жанровая картина, это красивая мелодрама, это не картина, претендующая на открытие истории или какую-то новую правду или на исторический портрет последнего императора с попыткой объяснить, почему он довёл Россию до революции. Это просто красивая история о любви, и устраивать вокруг неё политические скандалы может только больное общество.

Вы упомянули, что сейчас большая часть кино - "кровянка". А каким должно быть российское кино? Каким вы видите его благополучное будущее?

Я не очень верю в его благополучное будущее кино, если смотреть на то, что происходит сейчас. Я просто могут привести другие примеры. Например, румынское кино. Румыния - не самая великая культурная держава. И вдруг румынское кино становится фаворитом фестивалей и получает приз за призом. Почему? Потому что оно говорит чистую правду о том, что эта страна и общество пережило, не заигрывая ни с тем, ни с другим. От нас тоже ждали всегда искренности, откровения. Советское искусство было на 90% лживым, но на 10% - поражало мир. Но сейчас зрителя не так легко вернуть.

Зритель разочаровался?

Его разочаровали. Российский зритель 70 лет почти не видел мирового кино, особенно американского. Он набросился на него, как зулус на бусы. На стрелялки, боевики. Постепенно таким образом сформировалось определённое поколение, молодое поколение. Старшее вообще перестало ходить в кино. Во-первых, потому что это кино не имеет никакого отношения к их жизненному опыту, во-вторых, потому что это дорого. В Москве сейчас сходить втроём в кино стоит около двух тысяч рублей, не каждый может себе это позволить. В итоге очень сузился зрительный круг, он стал молодым. И этот круг говорит: если я заплатил, так вы меня повеселите, пощекочите и попугайте. Он перестал реагировать на человеческое. Это ужасно. Это признак очень и очень опасный.

Может быть, Вы тогда посоветуете нашим читателям хороший фильм или режиссёра?

Я в последнее время смотрел очень специфическое кино. Я был в жюри на фестивале Киношок, где представляли кино, которое снимается в регионах. Например, там было представлено якутское кино. Это очень любопытное явление, как там, внутри, вызрела собственная кинематография. Мой совет -смотрите тех людей, которые уже завоевали ваше доверие. Например, это может быть сорокалетнее поколение режиссёров - Леша Попогребский, Боря Хлебников. Это искренние люди. Молодое поколение, которое идет за ними, разное Иногда им очень хочется встроиться и завоевать плацдарм, они торопятся.. Но я уверен, что приходит постепенно новое поколение, которое будет говорить правду и которое вернёт нас к самоуважению.

В Кирове Вы представили свой новый фильм. Расскажите о нём, пожалуйста, поподробнее.

«Охрана» - это мой дебют. Я никогда не снимал о сегодняшнем дне. У меня сложные отношения с сегодняшним днём, я не люблю героев совр экрана, меня не интересует жизнь олигархов и замечательных наших милиционеров. Это не моё. Меня интересует жизнь человека простого, нормального, в русской провинции. Который не столько живёт, сколько выживает - но хочет любить и быть счастливым. Откуда эта картина появилась? Три прошлые картины я снимал в Туле на Косогорском металлургическом заводе, который был построен во времена Льва Толстого. И я каждый раз придумывал там новые фактуры - то во время войны, то 1956 год, как-то зрелищно он меня притягивал. И вот когда мы снимали последнюю картину, я заметил, что когда я приезжаю с продюсером, с оператором, мы очень быстро проходим контроль, проходную. Но когда приезжает труппа, актёры, всё это длится часами. И я начал присматриваться - почему так?

А потому что на вахте сидят молодые девушки. Так на них не обращаешь внимания, все они в чёрной форме, на спине написано «охрана». А когда присмотришься, замечаешь вызывающей красоты макияж. Замечаешь, что у одной - Насти - ярко-синие глаза. Я понял, что им смертельно скучно, что им хочется общения, каких-то других лиц.

Они молодые девушки, и им некуда деваться. Работы там нет, промышленности нет, они даже с образованием вынуждены работать в охране. И самое главное - им даже любить некого, потому что контингент на заводе под 60 лет, а все молодые убегают в Москву. И меня их судьба очень взволновала, захотелось снять какую-то простую, тёплую картину - про то, что жизнь состоит не только из героев в погонах, которых мы видим каждый день по телевизору, а из простых, нормальных людей. О том, что главное в жизни всё-таки - это любовь, и если она недоступна - это уже трагедия.

Похожие материалы по теме